Политика, как известно, есть искусство возможного (неопределенно возможного).
Власть же воспринимается как инструмент управления неопределенностью, который позволяет достичь желаемого возможного.
В этом смысле и политик, и руководитель крупного бизнеса похожи, так как и тот и другой стремятся управлять этой самой неопределенностью. Речь не идет о намеренной систематизации.
Порой как раз неопределенность являются инструментом управления, а создание и поддержка хаоса — сознательной технологией по пересборке не устраивающей конфигурации. Иногда речь даже заходит о постоянном создании хаоса в организации как стиле управления.
Неопределенность опасна в первую очередь для слабых игроков и одновременно расширяет пространство действия для сильных. В стабильной системе все понятно и систематизировано. Власть институтов гарантирует вам минимальный результат и защиту от произвола права сильного. Вы не едете на красный свет, рассчитывая, что и другие будут поступать так же. Эту аналогию использовал Адам Пшеворский для объяснения самовоспроизводства демократических институтов. В США демократы отдают власть республиканцам после поражения на выборах, полагая, что те поступят точно так же, если проиграют в будущем. И вся эта система работает в стабильных, нормальных условиях. Но что, если кто-то попытается захватить Капитолий после поражения? А что, если кто-то посчитает, что он хочет пойти на третий срок? Пока институты эти стресс-тесты выдерживали. Но если нет? Тогда и формируется пространство власти неопределенности.
Ее суть не в том, чтобы просто разрушить порядок, а в том, чтобы стать главным интерпретатором нового порядка, который еще не сложился. Пока остальные пытаются понять, что происходит, сильный субъект формирует объяснительную модель для будущего. И политику, и управленцу нужно быть там, где шайба окажется в следующую секунду, а не там, где она находится сейчас.
Важным фактором неопределенности является страх. Люди, организации, элиты, партнеры и конкуренты начинают действовать осторожнее. Они откладывают решения, занимают выжидательную позицию, тщательно и долго проверяют границы допустимого. В этот момент субъект, который сам породил или первым осознал новую ситуацию, получает преимущество. Это справедливо как для политической системы, так и для бизнес-организации.
Главная ошибка слабых руководителей состоит в том, что они воспринимают неопределенность исключительно как угрозу. Попытки сохранить порядок и статус-кво любой ценой неминуемо будут возвращать их в прошлое, в то время, как окружающие обстоятельства уже требуют нового. Пусть и не всегда понятного. Созидательное разрушение по Шумпетеру является главной движущей силой капитализма. А разрушение – это тоже всегда неопределенность.
Если игра вышла за пределы стола, то вариант перевернуть его, чтобы спутать всем карты, уже не выглядит самым плохим. Тот руководитель, кто не умеет управлять или хотя бы время от времени играть с неопределенностью, будет неминуемо проигрывать.