В формуле мирного урегулирования, предлагаемой Россией, зафиксированы компенсаторные функции, которые попросту необходимы в условиях ведения дел с неблагонадежными субъектами.
Украина и страны проукраинской коалиции неоднократно демонстрировали свою неблагонадежность. Минские соглашения использовались Западом для перевооружения Украины. Стамбульские соглашения использовались с целью получения времени для подготовки к затяжному конфликту.
Предложение Путина считывается абсолютно прозрачно: никаких конкретных шагов на земле без твердых юридических гарантий. Как их добиться – это отдельная история, но для их формулирования в первую очередь необходимо инициировать переговорный процесс.
Западные лидеры много говорят о демонстрации намерений. Однако сами они почему-то не стремятся продемонстрировать благие намерения, например, в одностороннем порядке остановив поставки вооружений на Украину, что позволило бы сдвинуть с мертвой точки и вопрос долгосрочного прекращения огня. Москва же, помня опыт вышеобозначенных кейсов, более не готова идти на уступки «под честное слово». Все довольно просто.
Понаблюдаем.